Захарова О.З. Отличия и сходства супервизии и личной терапии

ОТЛИЧИЯ И СХОДСТВА СУПЕРВИЗИИ И ЛИЧНОЙ ТЕРАПИИ

 

Захарова О. З.

В данной статье рассматривается вопрос: «Когда именно супервизия превращается в терапию?»

Супервизоры, работающие с фасилитаторской, консультативной позиции, нередко задаются вопросами: «где разделяющая грань между супервизией и терапией? Какая степень личностной работы законна в супервизии?

Затруднения в работе терапевта часто являются результатом совпадения проблемных областей терапевта и клиента. Также важно помнить о том, что супервизия это терапия терапии, а не терапия терапевта. Начинающему супервизору бывает трудно заметить момент, когда собственно супервизия переходит в процесс терапии специалиста. В процессе супервизии важно держать в фокусе внимания непомредственную цель супервизии — вернуть эффективность специалисту в его работе с клиентом. Поэтому важно четко представлять, в чем заключается отличие терапевтического процесса от супервизионного.

Под супервизией многие понимают обратную связь, получаемую психотерапевтом от супервизора, своего рода оценку работы. В то же время супервизия представляет собой поиск решения определенных задач, осуществляемый совместно терапевтом и супервизором. Здесь вполне уместен вопрос: «Чем же, в таком случае, супервизия отличается от психотерапии в целом?» Отличие, прежде всего, в тематическом содержании супервизии — отношения клиента и психотерапевта и то, что происходит в процессе психотерапии.

Эти отношения и ближайшее семантическое пространство и создают границы супервизии. За пределами этих границ лежит территория психотерапии, информирования, обучения и личностного роста. Можно встретить определения супервизии как терапии для терапевтов. Точнее супервизия — это психотерапия для психотерапевтов по поводу психотерапии, которую они делают. Энтони Уильямс замечет, что часто начинающий терапевт склонен видеть в лице супервизора также и преподавателя психотерапии. Последнее добавляет супервизии дидактические и педагогические задачи [3].

Внешне супервизия отражает в первую очередь «ремесленный аспект» работы консультанта. Опытный «эксперт по межличностным отношениям» помогает начинающему психотерапевту системно видеть, осознавать, понимать и анализировать свои профессиональные действия и свое профессиональное поведение. Супервизия, наряду с обучением, включает элемент психологического развития специалистов. «Клиническая мудрость — это не то, что можно иметь; это состояние, к которому можно стремиться. Это то, чего мы, в конечном счете, хотим для своих супервизируемых, и то, в чем нуждаемся сами как клиницисты и супервизоры» [6].

Супервизия и психотерапия являются параллельными категориями, связанными между собой в единую систему. Эта связь обеспечивается благодаря психодинамическому пространству, созданному в супервизионной сессии, и формированию положительного переноса, частью которого является бессознательная идентификация и подражание. И хотя супервизия может оказывать лечебное воздействие, а супервизор может быть великолепным психотерапевтом, она не является психотерапией. Если супервизор использует супервизию как вариант психотерапии, то он становится психотерапевтом, а супервизируемый — клиентом. И тогда при смешении этих двух функций возникает проблема двойственных отношений, которая может серьезно нивелировать все ценности самого процесса супервизии. А при наличии преобладающего психотерапевтического компонента — даже активно включать защитные механизмы супервизируемого. «Параллелизм» супервизии и терапии обусловлен спецификой супервизии — параллельно-последовательным, синхронизированным психодинамическим процессом в контексте взаимоотношений психотерапевт–клиент. Каждому моменту времени процесса супервизии, соответствует характерологически-определенное, индивидуально-личностное психологическое состояние супервизора и супервизируемого. Созданное алгоритмом супервизии психодинамическое пространство способствует реализации переносных и контрпереносных импульсов, являющихся триггерами различных психических состояний супервизора и супервизируемого. Особый феномен супервизионной сессии достигается в соблюдении именно такой параллельности процесса и «ожидании» эффектов обусловленных структурой супервизии. Коммуникация в супервизии сама предполагает психологическую интервенцию. Однако, последняя должна в первую очередь, служить целям супервизии, а не психотерапии.

Терапия внутри супервизии приводит к некоторому размыванию границ и может ухудшить ситуацию в системе «терапевт–клиент». Однако «фокусировка на состоянии супервизируемого полезна, т. к. при супервидении терапевт в определенном смысле «репрезентирует» терапевтическую систему — взаимодействие терапевта и клиента. Супервизируемый как бы «несет в себе» клиента, и его состояние является сообщением о том, что происходит в терапии. Второе преимущество этой фокусировки связано с процессом развития самого супервизируемого — с его постепенным прогрессом… в понимании связей своих личностных проблем с проблемами клиентов» [6].

Параллельная, лично-терапевтическая составляющая в супервизионном процессе скорее направлена на поиск «камней преткновения», чем на работу с ними. Задачи супервизии «тронуть» эти камни, отметить, обозначить, даже может быть переместить их так, чтобы расчистить путь к ясности. Что с этим делать, когда и как это может влиять на профессиональную идентификацию, личную эффективность — решает сам супервизируемый [1].

В своей работе супервизор задействует шесть обязательных фокусов внимания. Шестифокусная модель применяется как диагностический инструмент: диагностируется качество осознавания специалиста, эффективность применения результатов осознавания в практике. Первый фокус внимания –вся информация о клиенте и его процессах; второй — всё, что связано с коммуникацией клиента и специалиста, сам процесс консультирования; третий фокус внимания — специалист «там и тогда», его воспоминания о ходе процесса, мысли, чувства, ассоциации; четвертый фокус — специалист «здесь и сейчас», на консультации супервизора; пятый — коммуникация специалиста с супервизором; шестой — собственное состояние супервизора «здесь и сейчас» (часто, при идентифицировании супервизора со специалистом «там и тогда», специалист ведёт себя как клиент). Существует два дополнительных фокуса внимания супервизора. Одним из них является модальность, в которой работает специалист, — теоретические, дидактические и прочие методологические особенности. К этому фокусу внимания относится терапевтическая гипотеза специалиста, его представление о причинах страдания клиента и методах устранения страдания. Другой дополнительный фокус внимания — внешняя реальность (законы, специфика социума, условия работы специалиста и т. п.).

Эффективность коммуникации во многом связана с особенностями клиента, поэтому для оценки качества коммуникации необходимо отслеживать первый фокус внимания. Второй фокус внимания также чрезвычайно важен: для анализа качества коммуникации необходимо прояснение контракта и способов коммуникации специалиста с клиентом. Третий фокус внимания позволяет отследить эмоционально чувственные реакции специалиста, помогающие ему осуществить свою работу, или препятствующие установлению контакта и эффективному взаимодействию [7].

Чтобы избегать размывания границ между терапией и супервизией, необходимо в супервизионной работе ориентироваться на основные принципы супервизии. Главным является соблюдение этики профессиональной супервизии. Другие важные принципы: следование цели супервизии — повышение эффективности работы специалиста; открытость; ответственность; добровольность; разделение супервизии и личной терапии на два взаимодополняющих, но различных процесса; контракт, конфиденциальность; взаимоуважение, информативность; конкретность, наблюдение; концентрация внимания на поведении, а не на личности; описательность и отсутствие утверждений и оценок; использование в речи глаголов действия, а не прилагательных, которые предполагают характеристику качеств. Следование данным принципам обеспечивает качество такой сложной глубинной работы, как супервизия, и минимизирует психотерапевтические интервенции [1].                                                         

Литература

  1. ШмаковВ. М.«Сходства иразличия супервизии и личной терапии» -http://www.supervis.ru/library/document/900141053     
  2. «Супервизия в психотерапии.Учебное пособие для супервизоров и психотерапевтов» СПб.,2004.проф.
  3. КулаковаС. А. «Эбаут на тему супервизии» Домбровский А. гештальттерапевт, директорРГИ2003http://www.gestalt.lv/lat/biblioteka/gramatas_un_raksti_izdoti_latvijaa/?doc=431
  4. Калитиевская Е.- «Супервидение. О профессиональном самосознании терапевта», Гештальт — журнал МГИ 1996           
  5. Левченко А. — «Супервизорство. Немного ли солнца в холодной воде?», Гештальт — журнал МГИ 2000      
  6. Уильмс Э. Вы — супервизор…Шестифокусная модель, роли и техники супервизии. М: Независимая фирма «Класс», 2001.
  7. Лях И. В. «Полимодальная групповая супервизия: основы интерпретации динамических процессов» Сборник материалов ΙΙΙ Съезда психологов, консультантов, психотерапевтов и психиатров Сибирского Федерального Округа. 2013.
  8. Правила работы полимодальной супервизионной группы. — http://www.oppl.ru/superviziya/komitet-po-supervizii.html
  9. Этический кодекс супервизора. -http://www.supervis.ru/content/1609369756-eticheskiy-kodeks-supervizora
  10. Булюбаш И. Д.-«Как быть полезным терапевту или алгоритм очной супервизии»
  11. Е. Бурцева — «Размышляя о супервизии», Гештальтжурнал МГИ 2000
  12. Шмаков В. М. «Особенности психодинамики групповой полимодальной супервизии» (http://www.oppl-ural.ru/node/228)